Националисты стремятся навязать свое видение истории, свои мифы, свою культуру и, главное, свой язык всем или, по крайней мере, подавляющему большинству наших сограждан. И лишь после этого они готовы согласиться на реализацию принципа равноправия без учета этнического происхождения этих граждан. В этом едины все украинские националисты, кроме, разве что, экстремистов, которые вообще хотели бы лишить гражданских прав всех инородцев. Даже самый мягкий националистический вариант, вариант постепенной украинизации общества, никак не может быть морально оправданным, поскольку лишает неукраинцев права свободно, по собственному усмотрению, развивать свою личность, — то есть он противоречит принципу уважения прав человека. Тем не менее, этот вариант мог бы все же быть реализован, если б не прочные корни, связывающие значительную часть граждан Украины с русскими культурными и историческими традициями, если бы не широкое распространение русского языка среди всего населения страны, а не только этнических русских.

Большинство участников конференции хорошо знает, что государство решает интересующие нас проблемы на основе рецептов, предлагаемых именно националистами. Можно привести достаточно много свидетельств умеренной, а иногда и ускоренной украинизации. Я напомню здесь лишь о некоторых — о постоянном уменьшении числа русских детсадов и школ, о переходе преподавания в вузах исключительно на украинский язык, о почти полном прекращении преподавания русского языка и литературы в украинской школе, о подготовленной по официальному заказу соответствующими ведомствами концепции национальной школы, которая, в случае ее реализации, могла бы эту школу окончательно добить (к счастью, эту акцию пока удается блокировать совместными усилиями общества “Русь” и Рады национальных организаций), о бесконечных антирусских выпадах в средствах массовой информации, в том числе и подконтрольных исполнительной власти, о невозможности объективно обсуждать в электронных масс-медиа даже самые острые проблемы межнациональных отношений. И все же ожидаемых результатов националисты и поддерживающее их государство не добились. Общество не поддается украинизации. Пример: 57% молодых людей, получивших образование уже в независимой Украине, преимущественно говорят по-русски и только 20% — по-украински³.

В украинском обществе есть своя исторически обусловленная специфика — границы языковых и культурных групп здесь никак не совпадают с границами групп этнических. По данным социологических опросов, не менее трети граждан Украины ориентируется преимущественно на русские культурные ценности, тогда как этническими русскими себя считают только 22%. Что касается русского языка, то здесь несовпадение еще более выражено, так как по-русски предпочитает говорить более половины всех граждан страны. Иными словами, большинство русскоязычных — это украинцы. Основная причина этого феномена в том, что русификация Украины связана прежде всего с процессом урбанизации страны, а вовсе не с этническим происхождением украинских граждан⁴. Из этого следует, что попытка националистов добиться (для начала), чтобы процент русских школ совпадал с процентом русского населения в стране или регионе, на практике означает дискриминацию, как минимум, 30% населения (52% предпочитающих русский язык минус 22% этнических русских), Естественно, что это не может не вызывать негативной реакции миллионов граждан на такие решения.

В крупных городах и ряде регионов русский язык является основным языком общения не только для русских и украинцев, но и для сотен тысяч евреев, поляков, крымских татар, представителей других национальных меньшинств. Следовательно, всякие ограничения сферы применения русского языка в определенной мере касаются и их. Кроме того, принудительная украинизация задевает национальные меньшинства непосредственно, так как направлена не только против русской, но и против всякой национальной школы (пример — все та же концепция национального образования). Особенно раздражает нацменьшинства попытка навязать им, с помощью государства, украинский миф и тот взгляд на историю, что принят в среде украинских националистов. Вряд ли, к примеру, евреи могут считать корректными исторические комментарии Костомарова или Яворницкого к эпохе Б. Хмельницкого и спокойно воспринимать то, что в учебниках истории, по которым учатся их дети, атаманы-погромщики Махно, Зеленый, Тютюнник или Григорьев подаются как национальные герои Украины. Украинские националисты (правда, радикальные) публикуют в открытой печати не только антирусские, но и откровенно антисемитские и антипольские инсинуации и угрозы, причем, власть до сих пор не предпринимает решительных шагов для прекращения подобных провокаций. Атмосфера доминирования в идеологической сфере националистических ценностей приводит к выраженному росту ксенофобии в нашей стране. Все это, а также то, что сегодня в Украине очень много (возможно, больше, чем в любой другой европейской стране) людей, которые не могут отнести себя к какому-то одному этносу, а чувствуют прочные связи сразу с несколькими этнокультурными или языковыми группами, сводит почти к нулю надежды националистов на тотальную украинизацию нашего общества.

Первым шагом в реализации этих принципов должна стать их фиксация в уже принятых или только принимаемых законодательных актах, непосредственно касающихся данной темы. Прежде всего необходима новая редакция Закона о языках, который за прошедшие девять лет уже успел устареть. В таком законе обязательно должны быть закреплены языковые права граждан Украины. Соответствующий законопроект уже подготовлен и, надеюсь, в ближайшее время будет подан на регистрацию в Верховную Раду. В нем, в частности, сказано: “Каждый человек в Украине, независимо от национального происхождения и национальной самоидентификации, места жительства и религиозных убеждений, вправе свободно использовать, изучать и поддерживать любой язык. Каждый человек имеет право свободно выбирать и менять свою принадлежность к любой языковой группе, считать себя двуязычным или многоязычным. Эти права являются естественными и неотъемлемыми”. Закон предусматривает своеобразную “трехэтажную” систему, которая должна на практике обеспечить всем гражданам реализацию этих прав. Государственный язык — украинский; официальный на всеукраинском уровне — русский; в регионах, где компактно проживают национальные меньшинства, их язык может также иметь официальный статус по решению органов местного самоуправления. Как этому законопроекту, так и иным подобным инициативам, необходима общественная поддержка, которую может обеспечить лишь широкое движение за равноправие и полиэтническое гражданское общество, перед которым стояла бы исключительно важная, соответствующая духу времени и демократическим принципам, задача — решительно противостоять всяким проявлениям агрессивного национализма и ксенофобии. Я верю в успех такого движения.