Своеобразие данной ситуации заключается также в том, что в подобном представлении о культуре, отмечается полное единодушие как среди исследователей, так или иначе выходящих на гуманитарные проблемы, общественных деятелей, которые занимаются проблемами культурного строительства и, что важно отметить, у так называемого человека массы. Наш “пересічний громадянин”, как правило, не хуже любого бойкого телеведущего расскажет о роли и задачах культуры.

Таким же ритуальным является и плач по культуре, о ее упадке, о том, что все меньше и меньше, по разным причинам, наш современник уделяет место освоению культурных ценностей. Разумеется, имеются в виду истинные культурные ценности.

Подобного рода представления характерны и при определении места и роли русской культуры на Украине. По сути, обсуждение данной проблемы сводится к достаточно тонкому слою, если брать в целом весь массив культуротворчества. Действительно, в области образования сведение до минимума знакомства учащихся с произведениями российской классики наносит значительный ущерб их художественному развитию, в определенной мере обедняет их познавательный кругозор в области человеческих отношений.

Однако, усматривать роль культуры в жизни человека только через призму освоения им некоего количества томов художественной литературы, произведений музыки или живописи, через знание имен выдающихся деятелей искусства, значит исходить из очень упрощенной схемы понимания этой роли. Здесь следует обратить внимание на то, что простота схемы в гуманитарной области, в отличие от технической, не является позитивной стороной, и по многим причинам. Первая из них — социально-психологического порядка. Она обусловлена особенностями процесса воздействия и восприятия произведения искусства.

Обычно исходят из представления, в основе которого лежит убежденность в том, что сам факт приобщения к произведению высокой художественной пробы, является гарантом его благотворного действия на нравственную сферу, на коррекцию, если в этом есть необходимость, шкалы личностных ценностей. На самом же деле, восприятие искусства — процесс весьма сложный и многоплановый, поскольку здесь во взаимодействие вступают такие сложные системы как личность реципиента, так и произведение, не говоря уже о множестве сопутствующих условий и факторов. Поэтому руководствоваться столь однозначным представлением в выводах касательно значения искусства было бы неосмотрительно.

Во-вторых, “простота” этой схемы объясняется наличием мифологического компонента. Как известно, задача мифа — преодолеть имеющиеся в действительности противоречия путем построения четких и ясных конструкций модели бытия, где противоречиям просто не остается места. В данном случае можно говорить о том, что мы имеем дело с культурной мифологемой о роли культуры. Эта мифологема выстраивает иерархию ценностей, согласно которой действенность всех составных социальной жизни обусловлена соотнесением с высшей составной — духовной культурой. Именно в культурной имманентности данной мифологемы заключается своеобычие нашего культурного бытия. В данном случае многократное упоминание культуры это не тавтология, поскольку речь идет о принципиальных содержательных моментах.

Статус культуры в отечественном сознании очень высок, входит в категорию высших общественных ценностей, поэтому любая попытка внести изменения в устоявшиеся взгляды, даже с целью их углубления, воспринимаются как посягательство на святое. Однако в наших намерениях отсутствуют попытки пересмотра устоявшихся взглядов, тем более что в данном случае мы имеем дело со стойкими стереотипами позитивного, в целом, свойства. Поэтому, если мы и указываем на бытующий упрощенный характер представлений о культуре, то лишь с тем, чтобы перевести их в более конструктивное русло, когда дело касается вполне конкретных проблем, какой является взаимодействие русской и украинской культур в Украине.

Не менее важным чем забота о возможностях обучения литературному русскому языку, ознакомления с классическими произведениями русской литературы и искусства, то есть уровня, на котором отношения с русской культурой так или иначе строятся на рациональной основе, должна стать забота по сохранению сложившегося культурного пространства на бытийном уровне, когда эти отношения являются составной частью образа жизни и потому зачастую их наличие неотрефлексировано на уровне обыденного сознания.

Общеизвестно, что регионы Украины, кроме других прочих моментов, существенно отличаются и по своему языковому составу. Можно сказать, что существуют украиноязычные регионы, какими, по существу, являются западные области, где доля русскоговорящего населения весьма значительна. Чем ближе на восток и юг Украины, тем существеннее влияние этого фактора на состояние культурного поля региона.

Как данность следует признать, что значительная часть украинских регионов — бикультуральны. Русская и украинская культура здесь составляют некое единство, расчленить которое, без ущерба для любой из культур, невозможно. Это двуединство проявляет себя во всех жизненных сферах, и, в первую очередь, это касается сферы общения. Ревнителям чистоты как украинского, так и русского языка следует, на наш взгляд, в своей деятельности учитывать непреложный, по сути, факт, что уповать на волевые усилия в искоренении того же пресловутого суржика, по крайней мере, неконструктивно. Язык неформального общения не поддается нормативному навязыванию “сверху”. Он существует и воспроизводится, исходя из потребностей жизнепроизводства в данных конкретных исторических условиях.

Так же осторожно следует выводить для массового сознания положение о наличии бикультуральности на уровень осмысления, а тем более оценки. Эксперту в этом вопросе следует учитывать, что для рядового гражданина языковые проблемы, как и межкультурные, находятся, как правило, вне ряда жизненно важных проблем. Однако же, поднимаемые подчас в СМИ вопросы об условиях функционирования того или иного языка должны носить очень взвешенный характер, поскольку излишняя категоричность в оценках может не столько способствовать продвижению идеи по совершенствованию состояния дел в языковой сфере, сколько оказать деструктивное влияние на устоявшуюся систему личностных установок мироотношенческого плана. В условиях, когда характер жизнедеятельности определяется наличием бикультуральности, требование к человеку определиться в своем отношении к какой-либо из культур, воспринимается как необходимость отказа от другой, составляющей, по сути, вторую часть смыслового пространства жизнебытия. Разумеется, что подобная ситуация воспринимается весьма болезненно и не приносит ни одной из культур пользы в ее развитии.

Таким образом, уточнение и расширение представлений о природе и пространстве культуротворчества дает возможность при обсуждении вопросов, касающихся актуальных проблем взаимоотношений украинской и русской культуры, не ограничиваться только проблемами, где отношения выводятся на рациональный уровень, что само по себе важно и необходимо, но и, что не менее необходимо, обращаться к более глубинным пластам социальной жизни. Социально-психологический климат общества в регионах, в которых исторически сложившаяся бикультуральность является определяющей чертой бытия культуры как таковой, напрямую зависит от того, насколько грамотно и обоснованно будет поддерживаться сложившийся баланс культур.

Нарушение этого баланса через непродуманную государственную образовательную политику, через деятельность СМИ, которые, следуя требованиям политической конъюнктуры, в публикациях и передачах из-за неумения или же, исходя из определенного замысла, принижают или ущемляют в правах ту или иную культуру, наносят весьма значительный ущерб в достижении социальной стабильности в обществе, идее украинского национального единства. Все это, в конечном итоге, чревато последствиями деструктивного порядка, усилением социального напряжения, психологического дискомфорта граждан Украины.