Именно поэтому представляется целесообразным все же уделить некоторое внимание рассмотрению ряда простейших и, к тому же, небезызвестных, но, по непонятным причинам, остающихся вне зоны сколько-нибудь заметного исследовательского интереса, закономерностей.

1. Одно из аксиоматичных и находящих все более наглядные внешние подтверждения представлений о мире состоит в том, что отдельные составляющие этого мира теснейшим образом взаимосвязаны и взаимозависимы, хотя подобная взаимосвязь и взаимозависимость далеко не всегда носит прямолинейно-непосредственный характер.
2. Весьма существенен и тот факт, что данная закономерность распространяет свое действие не только на область так называемой первой природы, но, в равной степени, на область культур-историческую, в том числе, естественно, область межгосударственных отношений. И теоретический анализ, и реальная практика убеждают, например, что чем выше уровень культуры межгосударственных отношений, тем очевиднее и неопровержимее проявляет себя данная закономерность.
3. Но если мера взаимосвязи, а значит, неизбежно, и мера взаимозависимости государственных образований служит одной из существенных характеристик меры их культур-исторического развития, то неудивительно, что в настоящее время одной из доминирующих тенденций в цивилизованном мире является тенденция к межгосударственной интеграции. И тот факт, что, в отличие от Европы и Америки, на территории постсоветского пространства ныне проявляется тенденция диаметрально противоположного рода, и в малейшей мере не опровергает объективно обусловленный характер мировых интеграционных процессов.
4. Но в таком случае несомненно, что несколько раньше или несколько позже, но неизбежно, Украина и Российская Федерация преодолеют тенденцию к дезинтеграции и включатся в естественный, закономерный и неизбежный процесс установления все более тесных связей в различных областях отношений.

2.1. Несомненный характер положения, согласно которому несколько раньше или несколько позже, но неизбежно, Украина и Российская Федерация преодолеют тенденцию к дезинтеграции, не только не опровергает, но, в сущности, даже не противоречит положению, согласно которому тенденция к дезинтеграции между Украиной и Российской Федерацией в настоящее время также носит объективно обусловленный характер.

2. Во-первых, в соответствии с законом “маятника”, согласно которому любая жестко заданная определенность в себе самой таит жестко заданную определенность противоположного рода, жесткая и в значительной мере принудительная интеграция “братских республик” в рамках СССР не могла не предопределить в дальнейшем “колебание маятника” в противоположную сторону, то есть в сторону дезинтеграции.
3. Во-вторых, объективно и субъективно обусловленные трудности перехода к рынку и связанные с этим “блуждающие токи” социальных напряжений также не могут не предопределять, с одной стороны, взаимное недовольство соответствующих должностных элит и их желание разграничить сферы ответственности, с другой – стремление выскочить “на гребне волны” к вершинам власти.
4. В-третьих, нельзя не признать, что чем более громоздким и поэтому малоподвижным является образование, которое подлежит коренной реконструкции, тем сложнее и долговременнее процесс подобной реконструкции, а следовательно, тенденция к дезинтеграции на территории постсоветского межгосударственного пространства предопределена в том числе и характером кардинальных изменений, которые ныне происходят в каждой из “братских республик” бывшего Союза, а значит, в Украине и России.
5. Уже перечисленные факторы, а их число без особого труда можно умножить, показывают и доказывают, что, независимо от эмоционального накала и меры внешней убедительности доводов “за” и “против” дезинтеграции между Украиной и Российской Федерацией, ныне данный процесс в значительной степени объективно обусловлен и стремление повернуть его вспять может лишь осложнить отношения между нашими странами.

1. При анализе любых аспектов украинско-российских гуманитарных отношений необходимо учитывать перечисленные выше факторы, так как именно эти факторы являются определяющими для таких отношений, а значит, должны быть осмыслены с позиций влияния, которое они могут оказать и несомненно оказывают на сущность и специфику выстраиваемых прогностических моделей развития всей сферы гуманитарных отношений между Украиной и Россией.
2. Не вызывает сомнений, например, что независимо от тех или иных “трений” в гуманитарной (и не только в гуманитарной) сфере отношений между Украиной и Росийской Федерацией в настоящее время, в более или менее отдаленной перспективе и Украина, и Российская Федерация будут строить свои отношения на основе все более тесного сотрудничества, которое в перспективе может обрести едва ли не любые формы репрезентации.
3. Тем не менее, ныне и для Украины, и для России значительно выгоднее и перспективнее в рамках любых видов отношений формировать и поддерживать атмосферу определенной дистанцированности и доброжелательной состязательности хотя бы уже потому, что именно такая атмосфера способна оказывать значимое стимулирующее воздействие на обе стороны отношений и, тем самым, ускорить процесс их выхода из кризиса (несомненно, к тому же, что интеграция государственных образований, каждое из которых переживает серьезный кризис, способна лишь усугубить сложившееся положение вещей).
4. Следовательно, в современных условиях именно процесс цивилизованной, то есть не конфронтационной, дезинтеграции между Украиной и Российской Федерацией, а также атмосфера доброжелательной состязательности между ними создают наиболее оптимальные условия для налаживания в исторической перспективе тесных, продуктивных и, учитывая целый ряд дополнительных объективных и субъективных факторов, подлинно добрососедских отношений между нашими государствами.

1. Необходимо учитывать, в то же время, что процесс конкретно-исторической дезинтеграции между Украиной и Россией, то есть превращение последних в независимые государства, не может не диктовать и Украине, и России нетрадиционные для них нормы и формы отношений, предопределенные их независимым статусом.
2. Наиболее существенными из последних является и норма, и форма, в соответствии с которой любое подлинно независимое государство, стремящееся оставаться таковым, в равной мере стремится либо к равноправным отношениям с другими государствами (идеал цивилизованной формы отношений), либо к более или менее очевидному и существенному приоритету в таких отношениях (идеал имперской формы отношений).
3. Важнейшей исходной посылкой и для формирования, и для развития, и для осмысления украинско-российских отношений в любой предметно очерченной сфере, а следовательно, в том числе, и в гуманитарной сфере отношений, является поэтому константа наличия или отсутствия приоритета в этой сфере одной из сторон, так как именно данная константа предопределяет и направленность, и существо, и своеобразие фактических устремлений субъектов таких отношений.
4. Поэтому, если мы хотим формировать и развивать украинско-российские гуманитарные (и не только гуманитарные!) отношения на основе цивилизованных, то есть неконфронтационных, норм и форм, нам необходимо понять и учесть, что подобные нормы и формы предполагают спокойные, уважительные, равноправные отношения между нашими государствами на базе объективных закономерностей как долговременного, так и конкретно-исторического характера.