- Ряд публикаций в российской и западной прессе, заявления заместителя главы администрации президента России Олега Сысуева о грядущем делегировании части президентских полномочий премьеру, поездка Евгения Примакова в Австрию вместо Бориса Ельцина, отпуск последнего в тяжелое для страны время, резкие демарши лидера российских коммунистов Геннадия Зюганова - все эти (и многие другие) факты выстраиваются в один логический ряд. И его финал в недавней статье “Файненшл Таймс” назван без экивоков - “Эндшпиль Ельцина”. Вправду ли, Анатолий Феодосьевич, заканчивается “эра Ельцина”?

- Позвольте мне сначала четче определить, что такое “эра Ельцина”. Это период времени, характеризовавшийся попыткой жесткого, силового проведения либерально-демократических реформ в России. Он действительно заканчивается, причем, полным отсутствием результатов. Более того, страна оказалась в тисках жестокого системного кризиса, с разрушенной экономикой, разваленной банковской системой, в нестабильной политической обстановке.

В очередной раз россияне осознали - так жить нельзя. А как жить, куда идти? Это не отвлеченные теоретические вопросы, а проблема совершенно конкретного выживания. Оказалось, что либерально-демократическая модель развития несовместима с российскими властными традициями. То, что произошло, это логическое следствие органического отторжения чужеродного элемента всем экономико-политическим организмом России. Безуспешные действия “позднего” Ельцина - назначение премьером Сергея Кириенко, попытка назначения Виктора Черномырдина - лишь только обозначили начало перехода в новое состояние. А основные характеристики нового состояния, по доброму российскому обыкновению, проявятся только тогда, когда появится новый человек. В рамках российских властных традиций - и это правило не знает исключений - человек определяет эпоху. Это не американская модель, когда новый президент вносит довольно незначительные нюансы, в основном, чтобы понравиться публике.

- В упомянутой публикации “Файненшл Таймс” утверждается: “все возможные кандидаты на президентскую гонку в России совершенно непривлекательны”...

- Конечно, непривлекательны. Для Запада, для его системы мировосприятия. Западные аналитики сейчас просто отказываются понимать, что происходит. А ведь все было просчитано, продумано...

Каждый лидер в России определяет свою эпоху - и эпоха живет, пока живут его идеи. Ленин был у власти, пока осуществлялись его идеи. Когда начали доминировать взгляды и подходы Сталина, он был от этой власти не то чтобы прямо отстранен - отведен. Нынешняя ситуация очень схожа. И здесь лежит ответ на вопрос, почему Сысуев заявляет, Примаков ездит и т.п. Осуществляется традиционный сценарий отвода от власти. Вспомните, как Сталин говорил “товарищу Крупской”, что “товарищу Ленину” могут и другую жену найти, если она будет упрямиться...

- То есть, Ельцину могут найти и другую администрацию?..

- Уже нашли. Из администрации уже вывели всех людей, способных “упрямиться”. Кажется, последним был пресс-секретарь Ельцина Ястржембский...

Кроме “отодвижения” практиковался и более радикальный путь - снимали, как Хрущева. Сейчас вся российская элита разделилась на два лагеря по признаку “тихо отодвинуть” и “громко снять”. Даже олигархи (тот же Березовский), которые выдвинулись и преуспевали при либерально-демократической системе и считали именно Ельцина ее столпом, сейчас видят, что рушится и столп, и вся эта система. При другой они рискуют не выжить. А потому ищут нового лидера, который бы ее сохранил. Левая оппозиция по инерции жестко требует немедленной отставки Ельцина - уже скорее как политического символа. И работает над созданием новых структур (например, Союза выборщиков), которые могли бы взять власть из когтей слабеющего льва - по образцу действий самого Ельцина, который “перевел” власть Горбачева в новые российские властные структуры - парламент и институт президента.

- Что еще нового могут привнести в российскую общественно-политическую систему те, кто идут на смену Ельцину?

- Вопрос, скорее, нужно ставить так: что может прижиться в России? Пока что ясно, что не прижилась частная собственность, приватизация. Ведь огромные российские монополии являются скорее общественными. Их деятельность в основном определяется крупнейшим держателем акций - государством, несмотря на то, что пакеты акций принадлежат также физическим и юридическим лицам. Эта общественная форма бытия оказалась в России настолько живучей, что разрушить ее сейчас невозможно. Потому столь неэффективной оказалась российская приватизация. Предприятия вроде как поменяли хозяев, но остались завязанными на центральную власть, систему распределения и льгот. Яркий пример - это зависимость социальной сферы от крупных монополистов. Недавно компания “Сиданко” отключала в Норильске электричество и отопление - настоящая трагедия для крупного города. Другие города зависят от атомных электростанций, крупных металлургических, энергетических, оборонных предприятий.

Анатолий Чубайс в свое время утверждал: дескать, все разрушим, а оно потом само организуется. Некая самоорганизация действительно начинается, только вряд ли она нравится Анатолию Борисовичу. Регионы пробуют наконец на вкус самоуправление, требуют прав и начинают сами что-то реально делать. Они работают на самовыживание - отсюда попытки ввести в регионах свою квазивалюту, отсюда массированные межрегиональные (зачастую бартерные) перечисления. Если кризис заблокирует центральную власть, регионы будут держаться самостоятельно. А как вам нравятся попытки Александра Лебедя перевести на баланс Красноярского края стратегические воинские части? Конечно, здесь есть и доля предвыборного куража, но это явление отражает объективную тенденцию резкого повышения роли регионов.

- Может, это и есть ростки самоорганизации системы?

- Может быть. Это напоминают то возрождение больших земских структур, о котором говорил Александр Солженицын. И это очень хорошо “ложится” в общинное славянское сознание. Вообще, характерно то, как развивалась российская империя: из центра шел мощный посыл на интеграцию новых земель. Но интеграторы не уничтожали и не вытесняли местное население, в отличие, скажем, от древних германцев, истреблявших славян на завоеванных землях, и от обращения американцев с “краснокожими братьями”. И потому Россия оказалась столь разношерстной и раздираемой антагонистическим противоречием между двумя тенденциями - к сильнейшей централизации и к самостоятельности регионов.

- Подобная ассимилятивная интеграция показала в истории российской империи свою эффективность. И если Россия не втискивается в либерально-демократическую парадигму, не следует ли ожидать, что она вернется к привычным схемам “интегративного расширения”? По отношению к Украине, например.

- Я бы назвал этот вариант развития государства кризисным. Ведь Россия уже наступала на эти грабли. Конечно, гипотетически существует вариант создания “союза славянских государств”, Лукашенко и некоторые российские политики работают над ним. Но в общем пути развития украинско-российских отношений будут сильно зависеть все от того же первого лица. До сих пор они базировались на дружбе и договоренностях между двумя президентами. Есть основания полагать, что во многом этот принцип сохранится и в значительной степени будет гарантировать от резких пертурбаций отношения между нашими странами.

Добавлю, что Лукашенко имеет свои основания: накопленные Беларусью запасы продовольствия нужно реализовать. “Бацька” получит и энергоносители, и немалый политический капитал. Есть вероятность (хотя и малая), что Союз России и Беларуси в обстановке нестабильности может перебрать на себя часть полномочий российского парламента и президента. Дело в том, что при смене вывески очень удобно очищаться от грехов, перекладывая их на “старую” элиту.

- Представим себе “вялотекущий” сценарий: Ельцин передает Примакову часть полномочий, еще 20 месяцев, условно говоря, сидит в Горках, Примаков “палит” сам себя в крайне рискованном кресле премьера периода кризиса, выдвигаются Лебедь и Лужков...

- Давайте не спешить. Во-первых, пока что Ельцин демонстрирует свою способность править, скажем так, в определенных рамках. Во-вторых, я бы не стал утверждать, что Евгений Примаков ничего не сделает и бесславно сгорит. Хотя Россия изрядно растаскана и “прихватизирована”, там еще сохранились немалые резервы. А история показывает, что в моменты жестоких кризисов Россия способна эти стратегические резервы использовать. В 1941 году чуть ли не всю “оборонку” за Урал вывезли! И народ, и элита дошли до той черты, когда они с нетерпением ждут нового лидера, который может задействовать этот кризисный потенциал. Многие видят в этом качестве именно Евгения Максимовича - недаром к нему вполне лояльно относятся представители самых разных политических сил. Если раньше политические события здесь развивались по жесткому нигилистическому, конфронтационному сценарию, то приход Примакова привнес элементы согласия и конструктива. Но для того, чтобы он начал бороться с опасными процессами, ему нужно уже сейчас дать реальные полномочия. Мало того, Запад продемонстрировал готовность поддержать жесткие действия Примакова: недавно представители крупнейших западных банков выразили готовность предоставить информацию о счетах российских граждан.

Представляется, что две главные задачи - обогреть и накормить Россию - опытный управленец Примаков может решить. Надавить на топливных олигархов и взять продовольствие у Беларуси и Украины.

- И договоренность уже есть - украинского продовольствия на 1 миллиард долларов поставим в счет уплаты за энергоносители.

- Да, и это чуть ли не последняя для Украины возможность решить вопросы своего энергообеспечения. Можно сколько угодно ругать “проклятый бартер”, но... Денег мало, каспийская нефть пока проходит мимо, перспективы ближневосточной или иракской - весьма отдаленные.

- Насколько, по-вашему, значимыми являются контакты на уровне предпринимателей, пример которых - недавняя встреча в Харькове?

- Эти механизмы представляются перспективными. Тем более, что глава российского союза промышленников и предпринимателей Аркадий Вольский сейчас укрепил свое положение, сблизился с правительством. Конечно, предприятия ВПК, которые он лоббирует, в нелегком положении, но некоторые из них сохраняют значительные экспортные возможности. А у нас здесь, как говорится, и конь не валялся. Предприятия растащили чуть ли не по деталькам, но ведь инфраструктура и люди никуда не делись. Все еще можно возродить.

Даже после того удара, который нанесла Россия украинско-российским отношениям, подняв цены на энергоносители, значительная кооперация сохранялась. Страны руководствовались Ашхабадскими соглашениями. В кабмине существовал специальный отдел по украинско-российской кооперации. Когда премьером пришел Павел Лазаренко, он немедленно разогнал этот отдел...

- Наверное, он дублировал соответствующий отдел в ЕЭСУ...

- Да, строились какие-то негосударственные структуры. А государственным, между тем, есть чем заняться в этой области. До сих пор на кабмине “висят” большие производственные фонды, резервы еще наличествуют. Только нужно думать не о чистоте теории, а о “живой жизни”. Мы умеем делать трубы, танки, ракеты... Так давайте же их делать вместе с российскими партнерами!

- Хотел бы вернуться к Евгению Примакову. По вашей логике, именно он будет обладать реальной властью в период проведения президентских выборов в Украине. У нас много говорили о том, что результаты предыдущих выборов были во многом предопределены именно поддержкой из России. А кого из отечественных кандидатов мог бы поддержать Примаков?

- Сейчас об этом говорить трудно. Ныне пытаются просчитать критерии, которыми будет руководствоваться Евгений Максимович. Возможно, отсюда “игры” в интеграцию на просторах экс-СССР, которыми занимаются многие кандидаты в украинские президенты. Но Примаков - человек достаточно мудрый для того, чтобы не “купиться” на эти демонстративные “проявления чувств”. Он всегда оценивает ситуацию комплексно. Это у Ельцина наблюдаются упрощенные оценки “свой-чужой”. Изучение политического поведения Примакова позволяет утверждать, что для него едва ли не самым значимым параметром является стабильность.

В то же время, отнюдь не следует Евгения Максимовича идеализировать: он всегда был жестким политиком. А жесткие внутриполитические стратегии (именно так вынужден будет дейстовать премьер нынешней России), как показывает мировая история, всегда экстраполируются вовне.

В заключение добавлю, что весь этот рационалистический сценарий может быть похоронен размашистыми движениями “широкой русской души”. Например, Ельцин возьмет и отправит Примакова в отставку. И в России воцарится очередная смута...

Подготовил Александр Качура