Сергей ЗГУРЕЦ
Центр исследований армии, конверсии и разоружения
Киев

Подписание на саммите ОБСЕ в Стамбуле представителями 30 государств нового текста Договора об обычных вооруженных силах – событие эпохальное не только для военных. В который раз НАТО и Россия договорились о перспективах европейского театра военных действий – от Ванкувера до Уральских гор. А новые независимые государства, возникшие на пространстве бывшего Советского Союза, продемонстрировали весьма настойчивое желание застраховаться от слишком тесной военной дружбы с Россией.

Итак, каковы результаты и перспективы новой военной инвентаризации в Европе? Но сначала – небольшой экскурс в историю…

Как НАТО и Варшавский пакт шли на мировую

Говорят, что генералы всегда готовятся к прошлой войне, а дипломаты пытаются предотвратить ту войну, которой опасаются в настоящий момент. А тогда в Европе нос к носу стояли две военные армады, готовые при необходимости кромсать друг друга – НАТО и Варшавский пакт. При нервозности “холодных” времен самые горячие боевые действия могли вспыхнуть из-за какой мелочи и излишней подозрительности к военной активности с противоположной стороны.

Чтобы избежать этого, представители НАТО и Варшавского пакта двадцать лет разрабатывали своеобразный предохранитель – Договор об обычных вооружениях в Европе. Подписали его ДОВСЕ 19 ноября 1990 года в Вене. Главная его идея была проста – было решено уравнять количества наступательных вооружений двух военных блоков (танков, боевых бронированных машин, самолетов, вертолетов и артиллерии) как в масштабах Европы, так и во входящих в него географических регионах, которые так или иначе связанны с зонами непосредственного столкновения НАТО и Варшавского пакта. Подобное равновесие избавляло генералов от соблазна начать неожиданную атаку. Какое уж тут к черту неожиданное массовое наступление. Без численного и качественного перевеса такое решение – смерти подобно.

Договор определил максимальные “потолки” вооружений для каждого из блоков: танков - 13 500 единиц, бронемашин - 20 000, артиллерии - 13 700 , ударных вертолетов - 1 500, боевых самолетов - 5 150 . Лишнее вооружение, а его оказалось около 50 тысяч образцов, решили уничтожить. Что и было сделано.

Казалось, можно бы вздохнуть с облегчением, но не тут то было. Варшавский пакт и СССР распались. Бывшие варшавские союзники Москвы – Чехия, Польша, Венгрия -решили стать в шеренги НАТО. И всем стало ясно, что теперь для Европы нужна иная военная арифметика…

До Стамбульского саммита ОБСЕ Договор по обычным вооружениям успел пережить несколько косметических операций. Сначала бывшую советскую квоту на обычные арсеналы распотрошили между собой. На Ташкентской встрече лидеров стран СНГ 15 мая 1992 года были подписаны Соглашение о принципах и процедурах осуществления Договора ОБСЕ и Протокол о максимальных уровнях для наличия вооружений и техники. Россия и Украина оторвали себе наиболее лакомые куски. Эти соглашения зафиксировали крупное военное превосходство России и Украины в зоне бывшего СССР и восточноевропейском регионе в целом. Украина, например, может иметь вторую по величине армию в Европе.

Но если бывшие союзные республики на первых порах между собой вроде бы договорились, то в отношениях с НАТО в новой военно-политической ситуации для России все смотрелось гораздо пессимистичнее. Североатлантический альянс де-факто получил почти трехкратное количественное превосходство над Россией по всем параметрам военной мощи. Прагматичные натовцы понимали, что радоваться такому раскладу можно – но недолго. Раздосадованной Москве роль аутсайдера явно будет не по нутру. И российские генералы вместе с политиками немного поломают голову над тем, как компенсировать это отставание и при своей бедности не придумают ничего лучшего, как нашпиговать максимально приближенные к сытой Европе российские гарнизоны носителями с тактическими ядерными боеголовками. Явно неприятное соседство. Так что опять надо садиться за стол переговоров и договариваться…

Детальные переговоры групп из 30 стран по адаптации ДОВСЕ к новым военно-политическим реалиям начались в январе 1997 года в венском дворце Хофбург с надеждой закончить эту работу за 18 месяцев. Но едва успели к ноябрьской встрече в верхах в Стамбуле. Главная “изюминка” адаптации – в иной арифметике подсчетов вооружений. Основой Договора стало индивидуальное членство. Так что теперь уже не для военных блоков в целом (одни из которых располнели, а другие усохли и сменили названия), а для каждого государства в отдельности определено, какое количество обычных вооружений может иметь его армия. Если вдруг созрело желание разместить на своей территории войска другого государства – то будь добр, сокращай свои арсеналы - “потолок” превышать нельзя. Ходить друг к другу в гости полками или батальонами, например, для проведения совместных маневров или миротворческой операции, можно – но недолго. Такие визиты имеют жестко определенные временные рамки в пределах нескольких месяцев.

Как ГУУАМ Россию разоружал.

Стремление новых независимых государств ограничить военное влияние России стало еще одной заметной чертой Стамбульской встречи на высшем уровне. В первую очередь речь идет о Грузии, Украине, Азербайджане и Молдове, которые входят в состав неформального объединения ГУУАМ. “Гуамовцев” роднит то, что на их территории расположены российские войска.

Как раз накануне подписания Договора стало известно о том, что Грузия и Молдова подпишут обновленный ДОВСЕ только при условии, если будет определены четкие условия и временные рамки сокращения и вывода российских войск с их территории. В итоге требования Тирасполя и Тбилиси были удовлетворены –хотя это, естественно, не вызвало особенного оптимизма у Москвы.

Что касается Грузии, то российская сторона должна до 31 декабря 2000 года ликвидировать или передислоцировать вооружения со своих военных баз в Вазиани (близ Тбилиси) и Гудаута (Абхазия), а также с ремонтной базы в Тбилиси. После сокращения, согласно ДОВСЕ, в Грузии должно остаться не больше 153 российских танков, 241 бронетранспортера и 140 артиллерийских систем. Судьба вооружений российских военных баз в Батуми (Аджарская автономная республика) и Ахалкалаки (Южная Грузия), определиться на двусторонних грузино-российских переговорах, которые состоятся в 2000 году. Вывод российских войск крайне невыгоден Абхазии. Власти Сухуми уже категорично заявили, что они намерены установить свой контроль над базой в Гудауте. Министр обороны Абхазии Владимир Миканба 23 ноября сообщил "Интерфаксу", что "после ухода российских войск в Гудауте будет размещена база ВВС республики". Он исключил "любую возможность" передачи российской военной базы в Гудауте грузинской армии. Так что вокруг этих решений еще будут ломаться копья.

Из Приднестровья российские войска будут выведены до 2002 года. Как заявил президент Молдавии Петр Лучинский, "договоренность об этом была достигнута в ходе встречи с президентом Российской Федерации Борисом Ельциным, а также при поддержке США и трех стран, руководящих на данный момент ОБСЕ". Он назвал достигнутые на саммите договоренности "большой победой молдавского народа, которая позволит превратить территорию республики в зону безопасности, привлекательную для иностранных инвестиций".

По официальным данным, ОГРВ в Приднестровье располагает 170 танками, столько же единиц артиллерии, 130 бронетранспортерами, 100 бронемашин и 7 военными вертолетами. В начале ноября на полигонах ОГРВ было уничтожено 56 единиц устаревшей боевой техники и боеприпасы, не подлежащих вывозу. Весьма показательно, что если раньше командующий оперативной группой российских войск в Приднестровье генерал Валерий Евневич был убежден в том, что процесс вывода займет не менее пяти лет, то нынче сроки оглашены совсем другие. Основные грузы - тяжелые вооружения - 170 танков и другой бронетехники, орудия, вертолеты, подлежащие сокращению согласно подписанного в Стамбуле ДОВСЕ, будут вывезены из Приднестровья уже к 2001 году. Первые эшелоны с военными запасами бывшей 14 армии уже пошли в Россию из Приднестровья через Украину.

Конечно, Украина также была бы не прочь, если бы в Договоре не менее четко были определены условия вывода из Крыма и российского Черноморского флота. Ведь изюминка нынешнего положения Молдовы и Грузии в том, что их требования по выводу российских войск зафиксированы в многостороннем международном документе. Киев же подписал с Москвой двусторонние договоренности по Черноморскому флоту, где реально вопрос о необходимости выхода ЧФ из Крыма в общем-то и не стоит.

Но, тем не менее, Киев все-таки использовал адаптацию ДОВСЕ для решения некоторых своих проблем с Россией. Во-первых, Украина, как смогла, зафиксировала, что российские войска находятся на ее территории временно. Даже 20-летний срок аренды ЧФ Севастопольских бухт не был тому помехой - это обстоятельство преподносилось Киевом как историческая реальность. Обновленный ДОВСЕ не предусматривает для Украины квот на размещения на ее территории вооружения иностранных государств. Хота сейчас в составе ЧФ есть арсенал, который подпадает под перечень контролируемого вооружения - 132 боевых бронированных машины, 24 артсистемы, 22 самолета. Но Киев может лелеять надежду, что их пребывание в Крыму - временно. А Москва вспоминать известную фразу о том, что нет ничего более постоянного, чем временное.

“Фланговая” война Украины.

Подписание адаптированного Договора об обычных вооружениях на Стамбульский саммит ОБСЕ Украине было интересно только из-за долгожданного решения так называемой “фланговой проблемы”. Ведь с количеством своих обычных арсеналов Киев определился еще на Ташкентской встрече СНГ. С тех пор генералы грудью готовы были бросаться на амбразуры, уверяя в том, что Украине действительно нужно иметь 4080 танков, 5050 боевых бронированных машин, 4090 артиллерийских систем крупного калибра, 300 атакующих вертолетов и около 1000 боевых самолетов. И не одним танком или самолетиком меньше. Хотя с 1992 года численных состав Вооруженных Сил Украины сократился более чем в два раза, и многие аналитики недоумевали по поводу – зачем Киеву, например, такая огромная танковая армада, если времена танковых прорывов под девизом “за две недели – до Ла-Манша” уже прошли. Да и оборонных бюджетных денег на вооружение в Украине всегда, как кот наплакал. Не проще ли было в контексте адаптации Договора толкнуть какую-нибудь инициативу по дополнительному сокращению обычных вооружений, сагитировав на этот шаг и сопредельные государства? И почетно, и выгодно – ведь в итоге можно было хотя бы в сносном порядке содержать те арсеналы, что остались.

Украина же думала лишь о “флангах”. По наследству от Варшавского пакта страна получила дополнительные ограничения, из-за которых в 5 областях Украины Киев мог расположить незначительное количество вооружений - где-то около 7 процентов от общего количества. В так называемую “фланговую зону” попали Запорожская, Николаевская, Херсонская, Одесская области и республика Крым. Минобороны и МИД сокрушались на переговорах с партнерами по Договору, что, исходя из новых военно-политических реалий, вызванных распадом Варшавского пакта и Советского Союза, такие ограничения дискриминационны для внеблоковой страны. Ведь при таких условиях невозможно рационально строить оборону. Тем не менее, в течение продолжительного времени на аргументы Киева на переговорах в Вене внимания не обращали.

Но в мае 1997 года был принят так называемый новый фланговый документ, по которому Украине разрешили уменьшить площадь флангового района на ее территории путем вывода из-под ограничений Одесской области. Говорят, это в принципе устраивало всех. За исключением Румынии, которая через Дунай примыкала к границам под контролем тогда еще Одесского военного округа.

Теперь – очередная рокировка. По окончательной, Стамбульской версии ДОВСЕ, все области Украины выведены из-под фланговых ограничений, за исключением…Одесской области. В будущем наши генералы не могут размещать там более 400 боевых танков, 400 боевых бронированных машин, 350 артсистем большого калибра. Впрочем, этого вполне достаточно для оборонной стратегии. Но почему лимитировали именно эту область? Дипломаты утверждают, что на окончательное решение повлиял тот факт, что Одесская область – единственная из пяти областей "фланговой" зоны Украины, которая имеет сухопутные границы с соседними странами и наиболее развитую военную инфраструктур – по сравнению, например, с Херсонской или Запорожской. Так что это, мол, довольно щедрый жест. В то числе и по отношению к Румынии.

Но это лишь часть правды. Вероятнее всего, Киев готов был пожертвовать не только одесскими просторами ради решения суперзадачи – вывести из-под ограничений Крым. Что б там не говорили, а это ахиллесова пята нашего государства с точки зрения военной, внешнеполитической, этнической, и всех сразу вместе. Так что можно даже поаплодировать – украинские стратегические интересы обновленный Договор по обычным вооружениям удовлетворяет на все сто. Даже с избытком, если вспомнить, что по количеству обычных арсеналов мы одни превышаем потенциал трех новых членов НАТО вместе взятых, а если один на один – то и Германия у нас позади. И Франция, если не вспоминать про ее ядерные бомбочки. Страшно сказать – сила…

Солнечному миру – да, да, да?

Итак, можно ли считать, что после того, как представители 30 стран поставили в Стамбуле свои подписи под текстом нового ДОВСЕ, на пространстве от Атлантики до Урала сразу стало безопаснее? И кто теперь более равный среди равных – расширенное НАТО или Россия с единственно надежным сателлитом в военной области стали – Беларусью?

Один из российских политиков по возвращению из Стамбула сказал: “Теперь мы набросили на белого американского орла в Европе тонкую, но прочную сеть”. Под “сетью” подразумевалось как раз утверждение для каждого государства индивидуальных уровней на обычные вооружения. Ведь больше всего Москва боялась, что военная машина расширенного НАТО чем-то будет схожей со ртутью, что переливается по Европе исходя из особенностей текущего момента. Теперь ситуация статична.

В случае необходимости, чтобы в России не поднимали тревогу, на территории трех новых членов НАТО командование альянса может разместить не более трех дивизий натовского образца. Более того - политические обязательства не увеличивать вооруженную мощь вблизи российских и белорусских границ выразили готовность взять на себя как 19 стран НАТО в целом, так и отдельно Польша, Венгрия, Чехия, Германия, а также Словакия. Причем последние готовы не только не повышать уровни вооруженных сил, но сначала понизить, а затем и заморозить их. Чем Россию, кстати, не озадачивали – за исключением “мелочевки” в Грузии. К тому же Москва значительно потеснила натовцев и по фланговым ограничениям для военных группировок в Ленинградском и Северокавказском округах. Лимиты создавали России проблемы, схожие с украинскими. В общем, складывается впечатление, что Запад решил не ссориться с непредсказуемым русским медведем. Но такова лишь нынешняя ситуация. Что ж на перспективу?

Есть три ключевых момента, которые могут существенно пошатнуть нынешний “статус-кво”. Во-первых, это будущее российско-белорусского военного братства. Заключение военного союза России с Беларусью, разработка совместной доктрины, создание совместных группировок коалиционных сил – все эти шаги Москвы, естественно, усиливают позиции России в регионе. Но с другой стороны, возникают участки прямого соприкосновения НАТО и российско-белорусского военного альянса. При похолодании отношений между Москвой и Западом НАТО придется поискать эффективные варианты блокирования угрозы с этого направления.

Вторая зона – Закавказье. Сегодня войска НАТО, в первую очередь Турции и России, разделены группой стран, на которые пытаются оказывать давление обе стороны. В итоге мы имеем не утихающий армяно-азербайджанский конфликт, нестабильность в Грузии. Желание Тбилиси в этой ситуации стать под зонтик безопасности Североатлантического альянса, заявления лидеров Азербайджана о готовности разместить у себя военную базу НАТО – пока лишь лозунги. Но первые практические поползновения в этом направлении, можно ожидать, будут пресекаться со стороны Москвы, как говориться, со всей строгостью революционного момента. Не знаю, будут ли это и в дальнейшем бомбежки неопознанными летающими объектами, с которыми вот-вот свыкнется Грузия, или что-то более изысканное сразу по отношению к НАТО…

И, наконец, собственно фактор Украины. Даже при очередной “холодной войне” или текущем кризисе с Россией для НАТО бессмысленно напичкивать войсками Польшу или других новоявленных натовских соседей Украины. До тех пор, пока Украина сохраняет нейтралитет, их вооруженные силы физически не могут войти в прямое соприкосновение с российскими войсками. Буферная роль Украины сегодня вполне удовлетворяет две силовые группировки по западные и восточные наши границы. Движения Киева в сторону НАТО будут осаживаться якорями Черноморского флота и опусканьем газовых заслонок, что вряд будет серьезно осуждаться Западом. Что, впрочем, резонно, - нам бы самим сначала определиться в собственных интересах и приоритетах.

Так что в итоге мы имеем уравнение, в которое уже завтра могут быть вписаны совсем другие цифры, нежели сегодня. И тогда его снова придется решать по-новому. Если, конечно, снова хватит для этого сил и времени. А пока все ставки сделаны на обновленный ДОВСЕ, который вступит в силу только после его ратификации парламентами всех стран. Процедура долгая и непредсказуемая. Тут стоит вспомнить судьбу другого военного Договора - об ограничении стратегических наступательных вооружений СНВ-2 - который стал заложником по оси Москва-Вашингтон. Раз за разом откладывая ратификацию этого Договора, российская Дума считает, что имеет рычаг давления на США, которые заинтересованы в уменьшении количества стратегических ядерных боеголовок у России. Но с выгодным Москве ДОВСЕ ситуация может повториться с точностью до наоборот. Президент США Билл Клинтон уже заявил, что Договор не будет ратифицирован американским Сенатом до тех пор, пока Россия не сократит численность федеральных войск на Северном Кавказе – там как раз расположен один из ее “фланговых районов”.

Россия плевала на эти ограничения. Из-за войны в Чечне количество российских вооружений в этом регионе на 60% превышает разрешенные ей Договором квоты.

Именно это превышение чуть было не сорвало подписание текста адаптированного ДОВСЕ – ибо какой смысл в договоренностях, если они не выполняются. Правда, когда НАТО “мочило” сербов, как сейчас Россия “мочит” чеченцев, российские военные было вздумали провести инспекцию военных баз НАТО в Македонии. Это требование четко соответствовало правилам игры по ДОВСЕ. Так командующий группировкой войск НАТО в Македонии и на пушечный выстрел не подпустил любознательных россиян к своим объектам. “Это беспрецедентно!” – возмущались в Москве. Конечно, масштабы нарушений договоренностей со стороны НАТО и России несоизмеримы. А вывод схож - все военные Договора хороши. Но только при мирной жизни.