Екатерина Берденникова, Мария Храпачева

ЗИМНИЕ ЗАМЕТКИ О ЗИМНИХ ВПЕЧАТЛЕНИЯХ:
гастроли российских исполнителей
(декабрь – февраль 2000г.)

В конце 1999 г. в Колонном зале им. Лысенко Национальной филармонии Украины в рамках программы филармонических концертных абонементов “Фортепианная музыка” и “Скрипичная музыка” выступили лауреат международного конкурса им. Чайковского пианист Вадим Руденко (24 ноября), а также частые и желанные гости киевлян – скрипачка Татьяна Гринденко (7 ноября) и пианистка Элисо Вирсаладзе (23 декабря).

В исполнении лауреата международных конкурсов профессора Э. Вирсаладзе и симфонического оркестра Национальной филармонии Украины под управлением главного дирижера – з. д. и. Украины Миколы Дядюры прозвучало произведение-фаворит гастрольного репертуара пианистки – Второй фортепианный концерт Шопена f-moll op.21 (изначально планировалось исполнение Концерта для фортепиано с оркестром Es-dur op.73 Бетховена). Взаимодействие солистки и оркестра было корректным и лишенным каких-либо неожиданностей.

З. а. России, лауреат международных конкурсов Татьяна Гринденко выступила со Скрипичным концертом Альбана Берга. Строгая профессиональная дисциплина и требовательность солистки, детальное осмысление всех элементов фактуры стали для дирижера и оркестра, а особенно его струнной и деревянной духовой групп, высоко поднятой планкой. Во втором отделении программы в исполнении оркестра прозвучала Четвертая симфония И. Брамса.

В совсем ином ключе было воспринято выступление лауреата международных конкурсов скрипача Вадима Бродского (ныне гражданина Польши, живущего в Италии) – первого из музыкантов киевской школы, кто сотрудничает с оркестром Римского радио в Ватикане. 2 февраля 2000 г. В. Бродский с филармоническим оркестром под управлением М. Дядюры исполнил Скрипичный концерт Кшиштофа Пендерецкого – произведение, с которым солист приезжал еще в прошлом году. Во втором отделении оркестр исполнил Вторую симфонию Рахманинова. Артистичная манера игры В. Бродского лишена как чрезмерного психологизма с “выуживанием интонаций”, так и показной драматизации или “салонной” игры на четверть тона выше оркестра. Тембр скрипки солиста, со всеми ее индивидуальными характеристиками, не доминирует, а сотрудничает со струнными оркестра. В. Бродский интонирует в почти темперированном строе. Отсюда эффект инструментальной игры как таковой, что соответствует и композиторскому стилю Пендерецкого, и концептуальной тенденции всей современной музыки, трактующей тождество музыкального содержания техническим приемам, которые имеются в возможностях традиционных инструментов.

9 января дал свой единственный концерт Камерный оркестр Московской государственной филармонии “Московия” под руководством н. а. СССР, лауреата Госпремии России, профессора Эдуарда Грача, семь лет назад собравшего в этом коллективе своих учеников и студентов из других классов. Праздничная программа, посвященная 2000-летию Рождества Христова, объединила музыку трех последних столетий: от Баха до Уэббера. Первое отделение концерта поразило серьезностью эмоционального строя, исходившей, прежде всего, конечно, от склонного к философским обобщениям дирижера. Молодые музыканты чутко воплощали его замысел в звуках. И Ария из оркестровой сюиты D-dur Й. С. Баха, и Дивертисмент Es-dur (K.137) Моцарта, и оркестрованный Г. Малером струнный квартет Бетховена №11 f-moll op.95,– все погружало слушателя в атмосферу высокой духовности и больших идей. Индивидуальность программе сообщило введение квартета, мятежного и психологичного. Весьма субъективный выбор темпов придал бетховенскому драматизму малеровские черты и связал разные эпохи и стили в единый культурный феномен.

Программа второго отделения была более традиционной и развлекательной: сюита “Из времен Хольберга” Э. Грига (op.40) и венгерские танцы Й. Брамса в инструментовке В. Анчевского. В сюите чувствовалось полное взаимопонимание оркестра и дирижера, при филигранной четкости ансамбля появилось свободное дыхание. Венгерские танцы звучали в двух видах. В трех пьесах (№1, 7, 17) солировали молодые скрипачки Надежда Токарева, Юлия Игонина и Ксения Акейникова, блеснувшие виртуозным мастерством. Не обошлось без ансамблевых огрехов, когда оркестр не успевал реагировать на постоянные темповые изменения, отличающие импровизационную манеру солистки (К. Акейниковой). Три танца в оркестровом исполнении завершали программу.

Введя в репертуар оркестра для игры на bis номер из рок-оперы Уэббера “Иисус Христос – суперзвезда” (Прощание), Э. Грач продемонстрировал редкую для музыкантов старшего поколения толерантность в отношении к современной популярной музыке и признание ее права на существование в одном ряду с Бахом, Моцартом и Бетховеном. Невозможно не отметить удивительное по красоте густое, теплое, ровное звучание виолончельной группы оркестра, которое здесь лишь дополнило отрадное впечатление, сформированное еще Арией из григовской Сюиты. На bis прозвучал также Perpetuum mobile Н. Паганини, исполнявшийся в унисон (!) всей группой скрипок. Завершил концерт “Радецкий-марш” Й. Штрауса.

В первом отделении программы 12 января выступлению фортепианного дуэта лауреатов международных конкурсов Екатерины Сканави и з. а. России, профессора Владимира Сканави предшествовал Концерт Й. С. Баха d-moll для флейты и continuo (киевский солист – Ю. Шутко, филармонический оркестр и дирижер М. Дядюра). Несколько монотонная и неопрятная, хотя и деликатная игра оркестра сохранилась, к сожалению, и во время исполнения Концерта Моцарта для двух фортепиано с оркестром Es-dur (K 365). Недостаток тембровых контрастов и изящества в оркестре компенсировал небанальный тон игры московских солистов. В этом семейном дуэте с аккуратностью и ровностью фактурной выделки (Е. Сканави) сочеталась ощутимая выпуклость фразировки, выраженная с особенным качеством в соотношении штрихов и ритмики (В. Сканави). Кажущаяся поначалу разной манера игры пианистов (что было заметно и по несовпадению тембров двух роялей) постепенно стала единой, и финальное рондо звучало безупречно, со всей нехвастливой красотой обертонов, придающей затейливому финалу Концерта одновременно весомость и шарм.

Е. Сканави уже десятый сезон выступает в Киеве (в этом году как солистка из Швейцарии), и невозможно не восхититься тщательностью, удивительной фразировочной пластикой и глубоким драматургическим чутьем, которые присущи игре 27-летней пианистки. Ее уважительная воля в отношении к звуку наполняла во втором отделении все пространство Большого зала во время исполнения и Фортепианного концерта № 3 C-dur Прокофьева (op.26), и сыгранных на bis Этюда es-moll Шопена (из ор.10) и Музыкального момента f-moll Шуберта. Каждому повороту авторской фразы, изменению фактуры и тембра у Е. Сканави сопутствует убедительный пианистический, т. е. собственно двигательный эквивалент, столь органичный, что ее исполнение без риска можно отнести к жанру performance (хотя, разумеется, пианистка не ставила перед собой такой задачи).

Запланированное на 16 января исполнение Скрипичного концерта И. Стравинского было отменено в связи с назначением солиста – Валерия Вороны – председателем комитета по организации юбилейного чествования Государственного квартета им. Бородина в Москве.

21 и 22 февраля н. а. России, лауреат международных конкурсов Сергей Стадлер выступал в разных амплуа: солиста-виртуоза в сопровождении фортепиано – и оперно-симфонического дирижера. Программу первого вечера – “Приглашение в оперу” – составили пятнадцать произведений для скрипки и фортепиано (лауреат международных конкурсов Юлия Стадлер), представлявших собой переосмысление фрагментов из опер Россини, Верди, Гуно, Массне, Бизе, Римского-Корсакова, Мусоргского, Стравинского и Прокофьева: Фантазии на темы, а также транскрипции Крейслера, Паганини, Вьетана, Хейфица, Цымбалиста, Душкина, Сарасате, Берно-Фальконье и Кастельнуово-Тадеско. Точно определив подчеркнуто бомондный, дорогой, преимущественно далековатый от музыки состав публики и словно смеясь над ее ожиданием хорошо отрепетированного зрелища, музыканты играли с виртуозным и холодным брильянтовым блеском. Фортепиано издавало пустой, холостой звук, скрипка была точна, как швейцарский механизм,– дуэт казался технически безупречным, и только.

Насколько разным бывает Стадлер-скрипач, стало ясно во второй вечер, в программе которого был своеобразный дубль: прозвучал Антракт к опере Верди “Ломбардцы”. Исполняя его С. Стадлер превосходно совмещал руководство симфоническим оркестром со сложным соло и речитативом. Дикционная четкость и высокая фразовая дисциплина скрипки сочетатась с отлаженными, по-режиссерски продуманными темповыми сменами от эпизода к эпизоду.

Программа первого отделения 22 февраля целиком состояла из произведений Верди. Вначале оркестр сыграл увертюру к опере “Сила судьбы”, и сразу привлек внимание теплым, прозрачным тоном тремоло струнных и четким унисонным штрихом, объемным звучанием контрапунктирующих тем, мастерски расставленными смысловыми акцентами. Шесть баритоновых арий и сцен, от эмоционально стабильных до максимально контрастных, исполнил в сопровождении оркестра з. а. Украины, лауреат международных конкурсов, обладатель титула “Вердиевский голос” Андрей Шкурган. Певец владеет не просто изумительно красивым, драматически выразительным голосом и бесконечным дыханием, но и ярким актерским дарованием. В концертном исполнении были представлены шестеро разных оперных героев: томительно, сладко и страстно любящие Жермон, Ренато и Ди Луна, возмущенный и обманывающийся Риголетто, затем Родриго, чей голос и атака фразы в сцене смерти менялись вплоть до хрипа и задыхания, и по-настоящему смешной Форд в блестяще сыгранном монологе из “Фальстафа”. Полное благородства сотрудничество солиста и очень внимательного к нему, конкретного в каждом жесте дирижера очевидно доставляло искреннюю радость и музыкантам, и слушателям.

Стайерскую программу Стадлера-дирижера во втором отделении продолжили три симфонические поэмы Отторино Респиги: “Фонтаны Рима”, “Пинии Рима” и “Празднества Рима”. Разрешение всех оркестровых сложностей – густой полиметрии, тембральной многослойности, технических задач каждой группы инструментов и эпизодических соло, а также управление самим музыкальным временем показали незаурядное дирижерское мастерство Сергея Стадлера.

То, что музыкальные авторитеты такого уровня, еще семь-восемь лет назад в силу политико-географических причин “отторгнутые” от публики независимой Украины, ныне ежегодно приезжают в Киев, свидетельствует не только о хорошем отношении киевской публики к солистам, но и о позитивной оценке нашей аудитории самими исполнителями. Так, Гидон Кремер в 1999 г. дал несколько концертов в Киеве и лишь один – в Москве, а майская премьера восстановленной оперы Бальдассаре Галуппи “Король-пастух” (солисты и ансамбль “Академия”, руководимый Татьяной Гринденко), прошла всего в трех местах: в Италии, в Москве и затем – в Киеве, где грациозная камерность исполнения была воспринята с большой симпатией. Для киевской аудитории (хоть и несколько старомодной в слушательских предпочтениях в сравнении с более взыскательными москвичами) высокий профессионализм московской исполнительской школы, известный и в России, и на Западе, оказывается чрезвычайно важным и актуальным.