В Украине Совет национальной безопасности появился еще при президенте Леониде Кравчуке, в июле 1992 г. Но об этой структуре всерьез заговорили лишь при Леониде Кучме, когда в октябре 94-го Совбез возглавил Владимир Горбулин. С тех пор он был бессменным секретарем этой структуры и советником президента по вопросам национальной безопасности. Работа аппарата Совбеза время от времени вызывала недовольство чиновников Кабмина и других министерств. Им все чаще приходилось действовать с оглядкой и с учетом рекомендаций, которые исходили их кабинета Владимира Павловича. Иногда даже говорили о неконституционности такой структуры, как Совет национальной безопасности и обороны,– до тех пор, пока полномочия СНБО не были прописаны в Конституции, и не был принят соответствующий закон.

По Закону “О Совете национальной безопасности и обороны Украины”, в его состав входят премьер-министр, министр обороны, председатель Службы безопасности, министры внутренних и иностранных дел. Персональный состав совета определяет президент, который и является его главой. Задача Совета состоит в разработке предложений президенту, в реализации основ внутренней и внешней политики в сфере нацбезопасности и обороны, в координации и контроле за органами исполнительной власти. Решения СНБО принимаются не менее 2/3 голосов от общего числа его членов и вводятся в действие указами президента. Секретарь Совета подчиняется непосредственно президенту, обеспечивает организацию работы и выполнение решений совета.

Новый период в истории Совета национальной безопасности и обороны можно отсчитывать с ноября 1999 г., когда перед вторым туром президентских выборов в Украине одного из кандидатов на высший пост страны, Евгения Марчука, Леонид Кучма назначил секретарем СНБО.

Накануне назначения, 8 ноября, Марчук обратился к избирателям Украины, дав понять, что при соблюдении ряда условий он готов поддержать на выборах кандидатуру Кучмы. Евгений Марчук сообщил, что разработанная им “Новая стратегия развития Украины” “может дать новый импульс процессу возрождения и стабильному подъему экономики, науки, культуры и благополучия нашего народа”. Депутат заявил: “Новая стратегия” передана Леониду Кучме, и, “если он в целом поддержит ее, я готов взяться за ее реализацию, получив для этого соответствующие полномочия в системе государственной власти”.

При таком раскладе генералу Евгению Марчуку поначалу прочили судьбу другого генерала, Александра Лебедя. Голоса “лебедевских” избирателей пополнили копилку Бориса Ельцина, который перед вторым туром предложил Лебедю должность секретаря Совбеза РФ, а через два месяца уволил его с этой должности. Но в вопросах хронологии Марчуку повезло больше. Он руководит аппаратом СНБО уже больше трех месяцев. И что?

У многих аналитиков сложилось и окрепло убеждение, что СНБО уже не будет иметь того влияния, которым пользовалась структура в лучшие времена “серого кардинала”. Так за глаза иногда звали Владимира Горбулина. Непрямых доказательств тому, вроде бы, предостаточно.

Так, аппарату СНБО, который насчитывал чуть более 100 человек, предложили оптимизировать свою штатную структуру, сократиться на треть (со 119 до 80). Конечно, на фоне транспаранта, который Киев развернул перед недоверчивыми глазами кредиторов из МВФ “Даешь, Украина, административную реформу!”, сокращение СНБО смотрелось вполне логично. Но есть одно “но”. СНБО, в том числе и его аппарат,– единственный конституционный орган, который осуществляет межведомственную координацию в государстве. Иначе говоря, это та шестеренка, которая в нужный момент вклинивается в нужное место, и берет нагрузку на себя, чтобы другие элементы разболтанного государственного механизма вращались хотя бы в каком-нибудь порядке и не буксовали почем зря. Когда из-за административной реформы изменяется структура, подчиненность, кадровый состав едва ли не всех министерств, то “болтанка” в государстве лишь усиливается, и, естественно, роль СНБО как координатора должна возрасти. И каждый человек тогда на счету, и тогда явно не до сокращения. А уж если надо сокращаться, то тут представители аппарата, вследствие неизменной человеческой натуры, вынуждены думать сначала о своей судьбе, а потом уже о судьбах Родины.

Конечно, у нового секретаря СНБО была возможность обратить “минусы” в “плюсы”. Разработку и утверждение оптимизированного штата, естественно, можно было совместить с решением кадровой проблемы. Ведь, так или иначе, рано или поздно, но каждый руководитель создает команду “под себя”. Это – закон управления. Именно по этому закону подбирались люди в аппарат СНБО Горбулиным. Но Марчуку не удалось быстро сделать кардинальные перестановки. Новый штат аппарата РНБО президент долгое время не подписывал. И все “от мала до велика” по-прежнему были заняты раздумьями о своих перспективах.

Возможно, более близкое президентское окружение не советовало Кучме давать кадровый карт-бланш Марчуку. Дважды наступать на одни и те же грабли явно не хочется. В свое время, после ухода Марчука из СБУ, а потом с должности премьер-министра, Служба безопасности пережила ощутимую кадровую чистку. Действующая власть тогда вдруг встревожилась, что наиболее мощная украинская спецслужба может симпатизировать Марчуку и в критический момент может оказать последнему существенную поддержку. Аппарат СНБО также можно прировнять к своеобразной спецслужбе, ведь сюда стекается вся необходимая оперативная информация, которая добывается всеми разведструктурами и которую питают “корни” аналитических институтов: Институт стратегических исследований и Институт украинско-российских отношений с их филиалами.

Кроме сокращений и неопределенности с новыми штатами пошли слухи о переезде всей “эсенбэошной” структуры с Банковой, откуда Президент руководит страной и где аппарат СНБО всегда под рукой, на Печерск. Вроде бы тоже рядом, минут десять быстрой езды и ты у президента, и место по риэлторовским меркам престижное, да, почему-то на ум приходит совершенно иное: “с глаз долой – из сердца вон”. Переезд грозил больно ударить по престижу возглавляемой Марчуком структуры, ведь в Украине умение быстро оказываться возле президента многого стоит. Но и до планов по переселению прорезались моменты, которые демонстрировали игнорирование командой Кучмы слов и статуса “варяга”.

Так, сразу после назначения на должность новый секретарь СНБО получил поручение Президента разработать программу оптимизации силовых структур, чтобы хоть на чем-то государство могло сэкономить, и более эффективно организовать борьбу с организованной преступностью, чтобы продемонстрировать своему народу и Западу, что власть не прогнила окончательно. Марчук в декабре заявляет, и это заявление распространяют все информационные агентства: надо создавать в стране Национальное бюро расследований. “Будем ставить вопрос таким образом, чтобы создать небольшую структуру не какой-то элиты в белых перчатках, а высококлассных профессионалов, которые будут закладывать стандарты высокого класса работы по крупным делам”,– сказал секретарь СНБО. На вопрос о возможной кандидатуре руководителя Марчук сообщил, что таковых как минимум три. Но, спустя несколько дней, глава администрации Президента Владимир Литвин среди других мер по административной реформе объявляет о ликвидации так и не созданного НБР и Национальной гвардии, силовой структуры численностью 26 тысяч человек. Причем это произошло еще до того, как СНБО разработало свои предложения об оптимизации военной организации государства.

Среди центров влияния, расположенных вокруг Президента аппарат Совета безопасности оказался явно не в лидерах. Да и сам Леонид Кучма, когда его спросили о СНБО тогдашнем, “горбулинском”, и СНБО в новых реалиях, сказал так: “Наверно, действительно функции Совета безопасности (при Горбулине.– Авт.) были несколько большими, нежели это определяет закон. Даже часть функций администрации Президента была там. Есть закон о Совете безопасности и этот орган будет заниматься вопросами, входящими в его компетенцию”.

Однако все эти примеры и аргументы, свидетельствующие не в пользу нынешнего положения обновленного СНБО и его нового секретаря, лишь одна сторона медали. Так сказать, первые впечатления. И верны они лишь отчасти.

Что же касается отношений с “силовиками”, то и тут время работает на нового секретаря. Его личные отношения с главной “генеральской троицей” ровные и бесконфликтные. Признаков борьбы за влияние на президента не заметно. Вот разве что между самими “силовиками” пошел какой-то непонятный “раздрай”. Уже и в средства массовой информации пошли сведения о том, что сотрудники Службы безопасности из служебных машин следили за домом министра МВД, и что главный милиционер, предварительно согласовав свои действия с Президентом, отдал приказ ОМОНу оттащить эти машины на штрафную площадку. За комментариями по этому поводу Юрий Кравченко журналистов оправляет к председателю Службы безопасности. Если эта “битва гигантов” все-таки имеет под собой реальные основания, то рано или поздно наступит развязка. Боливар не вынесет двоих. Выбор нового “силовика” вряд ли оставит безучастным к этому процессу секретаря Совбеза.

Есть весьма интересные нюансы для Евгения Марчука и в военно-политической плоскости. Так, во время приезда в Украину 27 января генеральный секретарь НАТО Джордж Робертсон, выступая с лекцией в Академии обороны Украины, сказал: “Правительство Украины четко указало, что оно считает оборонную реформу одним из приоритетов. Альянс, в частности, в рамках общей рабочей группы по военной реформе, готов предоставить помощь Украине в ее адаптации к современным реалиям безопасности. Огромный потенциал этого сотрудничества еще не использован, и я надеюсь, что эта рабочая группа и в дальнейшем будет помогать вновь назначенному секретарю СНБО, мистеру Евгению Марчук в его проверке состояния реформирование Вооруженных Сил”.

То, что Робертсон упомянул в этом контексте именно Марчука, а не министра обороны Украины Кузьмука, дало основание аналитикам в Киеве сделать вывод: НАТО уже устало от заявлений действующего военного генералитета Украины о семимильных шагах в реализации военной реформы, которая на самом деле пробуксовывает. И не исключено, что со временем альянс будет вынужден искать других союзников в проведении реальных военных преобразований в стране. Евгений Марчук, с имиджем прагматичного политика европейской ориентации, вполне подходит для этой роли.

Но это – перспектива. А что же текущие домашние дела? Первыми действиями СНБО стали попытки избавить Украину от двух зол: от злоупотреблений в энергетическом секторе, где государственные долги формируются неизвестно как, и от привилегированного статуса совместных предприятий. Через льготы СП Украина ежегодно теряет сотни миллионов, если не миллиарды долларов. После заседания Совета безопасности Президент Украины в середине февраля подписал указ, который уравнивает права совместных и отечественных предприятий. Теперь очередь за соответствующей законодательной поддержкой со стороны парламента.

С топливно-энергетическим комплексом дела обстоят сложнее. Так как страна оказалась у порога энергического коллапса, ситуация в ТЭКе должна была стать первой темой заседания СНБО. “Президенту будет предложен целый пакет предложений в виде проектов указов”,– обещали специалисты. Но это стремление немного притормозили, вероятно, до тех пор, пока не прояснится результат разборок между двумя “энергетическими китами” Украины, Юлией Тимошенко и Игорем Бакаем. Давать раньше времени кому-то из них дополнительные аргументы в их давней битве аппарат СНБО не хочет, хотя детальный анализ ситуации как на энергетическом рынке, так и в сфере СП предоставил большой объем весьма полезной и нужной в критические моменты информации. Вопрос лишь в том, воспользуются ли ей правильно.

Сам же Марчук в одном из недавних интервью заявил: “Функции Совета и его состав установлены Конституцией и Законом, и как раз поэтому роль СНБО не может измениться. Ведь в Конституции определенны минимум пять лиц, которые входят в СНБО, а Президент своими указами расширяет круг членов Совета. А вот текущими делами СНБО действительно не нужно заниматься. Текущими делами занимаются ведомства, председатели которых входят в Совет. СНБО должен браться за такие проблемы, которые не по силам одному или двум ведомствам, заниматься стратегическими проблемами, которые требуют системного подхода”. Вероятно, на текущем историческом этапе Евгению Кирилловичу вполне достаточно тех полномочий, которые предоставляет ему новая должность, чтобы спокойно подумать о новых перспективах.