КОРНЕЕВ Альберт Васильевич
научный консультант судьи Конституционного Суда Украины,
кандидат философских наук, доцент

БЫТИЕ РУССКИМ

(онтологический и правовой аспекты)

Сравнительно недавно мое внимание привлекло сообщение в информационной телевизионной программе о том, что в Израиле состоялись демонстрации против евреев, выходцев из стран СНГ и Прибалтики, под лозунгами: русские убирайтесь из Израиля; русские убирайтесь в свою Россию. Подумалось, как много разного в разных странах и ситуациях вкладывается в понятия "русский", "русские", Россия.

Наверное, можно утверждать, что авторы программного проспекта нашей конференции, употребляя термины "русские в Украине" и "русские Украины", имели в виду одну и ту же совокупность русских, а именно русских людей в Украине, которые, "однажды проснувшись, оказались за пределами [российского] государства, за барьерами, поверх которых вынуждена существовать русская культура" (С. Градиевский. Искушение диаспоральной политикой. - Содружество НГ, №10, 24 ноября 1999).

И перед пробудившимися во всей полноте встал вопрос, кто же они теперь в этом новом государстве, в новом обществе. Однозначного ответа нет до сих пор. И не случайно поэтому на конференциях раз за разом выносятся для обсуждения проблемы конституционных прав русских в Украине и возможности их реализации.

Однако, никаких особых прав именно русских Конституция Украины не предусматривает и не закрепляет. Слово "русский" в тексте Основного Закона используется только один раз: в части третьей статьи 10, когда говорится о русском и других языках национальных меньшинств в Украине. Поэтому реально постановка вопроса о конституционных правах русских в Украине предполагает содержательный анализ норм Конституции и их оценку с точки зрения достаточности предусмотренных ими условий реализации возможности быть русским. А это, в свою очередь, может базироваться на более или менее глубоком знании, что значит быть русским.

Безусловно, в этом бытии присутствует значительный иррацирнальный, эмоциональный момент, порыв, ностальгия, чувство единства и т.д. Ведь, повторяя за Ф.И. Тютчевым "умом Россию не понять", мы, наверняка, знаем, что речь идет не о территории, а о людях, о тайнах русской души. Но это в праве не выразишь.

Проблема "быть русским" должна быть нами содержательно осмыслена именно как наша проблема, т.е. она должна быть осмыслена в контексте украинской социальной, культурной и государственно-правовой ситуации. В актуальном для нас аспекте проблемы "быть русским" в России нет: там человек родился русским и русский есть. Нет такой проблемы и в моноэтнических обществах: там нельзя в одиночку быть русским, то есть проявлять себя русским, вступать в качестве русского в отношения с другими, а можно быть лишь чужим. Невозможно быть кем-то в этническом отношении без своих других, нельзя быть русским без других русских.

Вместе с тем нельзя быть русским без нерусских. Качественные характеристики русского познаются в отношении с нерусскими, в сопоставлении с теми общностями, которые русских ограничивают, отграничивают и тем самым определяют, ибо конечное познается в сравнении: чтобы узнать, что объекту свойственно, надо узнать, что ему не свойственно. Для нас в этом плане актуально сравнение с титульной нацией, с украинцами. Раньше, например, в ХIХ веке такие сравнения зачастую исчерпывались социально-психологическими характеристиками.

Так, Костомаров Н. И. (1817-1885) утверждает, что уже в ХII веке окончательно сформировались фундаментальные отличия украинского и русского менталитета:

1) у русских доминирует всеобщность (бог и царь) над личностью, отдельным человеком. Украинец выше ценит отдельного человека, чем общее;

2) русские нетерпимы к чужим верованиям, чужим народам, чужим обычаям, чужим языкам. В Украине же люди привыкли с незапамятных времен слышать у себя чужую речь и не чураться людей с другим обликом и другими обычаями;

3) русские - народ "материальный", украинцы же стремятся "одухотворить весь мир";

4) русский мало любят природу, не выращивает цветов, "має якусь ненависть до рослин". Украинец любит природу, поэтому и украинская поэзия неотрывна от природы, она оживляет её, делает участницей радости и горя человеческой души; травы, деревья, птицы, животные, небесные светила, утро и вечер, весна и снег -–все дышит, мыслит, чувствует вместе с человеком, все откликается ему волшебным голосом то участи, то надежды, то осуждения;

5) в общественной жизни русских целое доминирует над единичным, всеобщее над отдельным человеком, который целиком придавлен и угнетён. Для украинцев такой порядок невозможен, они ценят личную свободу. У русских господствует насилие (монархия), у украинцев – добровольный союз, "федерация"

Такое сравнение немного значит сегодня для серьезного подхода к рассматриваемым нами проблемам, и не только из-за своей откровенной тенденциозности, которая, по-моему, вообще типична в сфере межнациональных отношений для умонастроений этого просвещенного века. Тем, кто очень возмущается такими выводами Костомарова Н.И., можно указать на написанное великим русским просветителем, демократом, гуманистом Белинским В.Г. в письме А.И. Герцену о крымских татарах: "Въехавши в крымские степи: мы увидели три новые для нас нации: крымских баранов, крымских верблюдов и крымских татар. Я думаю, что это разные виды одного и того же рода, разные колена одного племени: так много общего в их физиономии. Если они говорят и не одним языком, то тем не менее хорошо понимают друг друга. … Только бараны и верблюды своего мнения не имеют, буйной воли и буйного разума боятся пуще чумы и бесконечно уважают старшего в роде, то есть татарина, позволяя ему вести себя куда угодно и не позволяя себе спросить его, почему, будучи ничем не умнее их, гоняет он их с места на место." Из-за такой тенденциозности не очень убедительными аргументами в пользу той или иной точки зрения выглядят многочисленные цитирования высказываний современников Белинского и Костомарова.

Но выводы Костомарова Н.И., как и аналогичные по методике выводы других исследователей, для нас непродуктивны еще и потому, что сравниваются характеристики двух этносов в целом. А мы, русские в Украине - маргинальны: политически, экономически, территориально относимся к украинцам, а этнически (по языку, культуре, общности исторического прошлого и т.д.) являемся русскими.

Мы - население граничных окрестностей русского народа как целостного этноса: пространственных, культурных, психологических окрестностей. А граница, как известно, обладает диалектически противоречивым характером: в ней бытие объекта как бы сталкивается со своим небытием, бытием другого.

Это приводит к явлениям, которые иногда называют "парадоксами границы". Вблизи границы происходит своеобразное "искажение" определенного объекта. Определенность его на границе его бытия как бы "вырождается", в силу чего возникают трудности в описании "граничных ситуаций". Зачастую становится неясным, могут ли, например, понятия, характеризующие данный объект, применяться для описания "граничной области" этого объекта. Применимы ли теории данного объекта при исследовании областей, находящихся на границе бытия этого объекта?

Поскольку в границе объект еще продолжает свое бытие, постольку понятия, характеризующие его, применимы и здесь; но, поскольку в границе объект уже утрачивает свое бытие, постольку они могут "не работать". Фактически граница всякого реального объекта, и этносов в том числе, представляет собой не набор абсолютно точных значений определяющих этнос характеристик, а некоторый интервал этих значений.

В нашем случае мы констатируем, что в Украине живут люди, которые в одних ситуациях определяются как русские, и как украинцы – в других. Поэтому для анализа необходим переход от "граничных окрестностей" к "граничным точкам": необходимо определить типичные жизненные ситуации в "российских граничных окрестностях" Украины, в условиях и рамках которых русский человек должен и может проявлять себя как русский, т.е. быть русским.

Первым специфичным для нас значимым аспектом в этом отношении является то, что бытие русским предполагает наличие условий для становления русским. Уже нет того однозначного автоматизма, что от русских родился и русский есть: теперь русским еще надо стать. Эта жизненная ситуация предполагает определенным образом организованную систему семейного, дошкольного, школьного воспитания и образования. То, что имеется сейчас, далеко от совершенства. Требуется глубокая проработка этих вопросов с итогом в виде конкретных региональных и общегосударственных программ с планами организационных мероприятий и проектами необходимых нормативно-правовых актов. Хотя бы по примеру правительственной программы по развитию украинского образования и украинской культуры в г. Севастополе. Конституционные основы для такой работы имеются.

Вторая ситуация – информационная сфера: нужны не только издания и передачи на русском языке, но и свободный доступ к информации из России. Нельзя быть русским, не зная проблемы и успехи своего народа, не сопереживая ему в бедах и не радуясь его достижениям. Как это сделать без ущерба для информационной безопасности государства, необходимо изучать. Тоже нужны программы, нормативно-правовые акты, контакты и соглашения. Конституционные предпосылки для этого есть.

Отдельный разговор относительно постоянной текущей информации о жизни русских в Украине, чтобы было ощущение общности бытия именно русскими.

Важность проблемы русского языка на этой конференции, как и на всех предыдущих, раскрывается и общей постановке и в деталях актуальной ситуации. Но много жалоб, плача, справедливого и не очень возмущения, однако мало реального влияния на процессы в этой сфере.

Сфера русской культуры и искусства в Украине часто и обоснованно характеризуется как клубок противоречий, путаницы, отсутствия значительных творческих достижений, сокращение возможностей доступа к действительным русским культурным ценностям. Кому из присутствующих по карману побывать на представлениях приезжающих в Киев знаменитых московских и петербургских театров? А ведь без этого мы остаемся один на один с телевизором, и "1+1" заменяет нам бытие русским.

Собственно правовой аспект бытия русским вписывается в проблему обеспечения реализации основных прав и свобод человека, закрепленных в Конституции Украины. Это в полной мере касается и вопросов использования русского языка в различных сферах общественной жизни Украины, функционирования и развития русской культуры, литературы, искусства, свободного доступа к духовным ценностям русского народа, прав и свобод в информационной сфере и в сфере воспитания и образования. Здесь нет ничего малозначительного. При конкретизации в законах и других нормативных актах конституционных норм важно не допустить искажения их демократического содержания, излишней регламентации общественных отношений и вместе с тем обеспечить русским людям все необходимые правовые условия их бытия русскими.