Действительно, разобраться в этом хаосе почти броуновского движения замешанного, как правило, на политических дрожжах со стороны кажется немыслимым.
Сложность оценки ситуации усложняется ещё и тем, что такие новые политические силы, как национально-культурные объединения хотя и декларируют себя как выразителей национально-культурных интересов своих народов, на деле, скорее вырабатывают направление политической ориентации народа, являясь, по существу, политическими партиями национального толка. Неистребимые мессианские амбиции интеллигенции постсоветского пространства которая, как правило, стоит у их истоков иногда приводят к тому, что выдвигаемые лозунги зачастую расходятся с мнением их этнического электората.
Например, на последних президентских выборах поддерживаемый меджлисом крымско-татарского народа нынешний президент Украины проиграл оппоненту в районах Крыма где проживают крымские татары.
В определенной мере, подобной смене политических ориентаций способствовали и неоднократные, в последнее время, заявления президента о возможной целесообразности введения в Украине двухпалатного парламента.
Как специалист по социологии этнических групп города автор знает, что идея двухпалатного парламента является заветной мечтой руководителей всех без исключения национально-культурных обществ в Украине которые, в случае её реализации, почти автоматически становятся вождями парламентских фракций. Конечно, с точки зрения предвыборной борьбы за голоса ход не плохой, однако, рассуждая логически, можно понять, что от двухпалатного парламента один шаг до федерализации на которую любые политические партии и государственные лидеры никогда не пойдут, поскольку, даже попытка всерьез обсуждать проблему унитарности Украины как государства равносильна политическому самоубийству. Поэтому, рано или поздно, но национально - культурные общества и их лидеры поймут, что посулы останутся посулами и вынуждены будут снова переметнуться в стан оппозиции, ведь борьба за национально-культурные интересы - природа их существования, и они, в принципе, в унитарном государстве обречены на оппозиционность.
Этот пример, иллюстрирующий как “ все смешалось в доме Облонских” позволит нам напрямую подойти к основной теме статьи - теме этнической сегрегации в городе. Понятие сегрегации в этом контексте смыкается с таким актуальным сегодня направлением в психологической антропологии как формирование субъективно-этнического образа ближайшего этнического соседа, а определить её можно было бы, как степень этнического дистанцирования. Являясь, по существу, антиподом понятия этнической (межэтнической) интеграции сегрегативные тенденции проявляются примерно в тех же сферах межэтнического общения: коммуникативной культуре, в количестве межэтнических браков, в том эмоционально-ценностном образе этнического соседа который проявляется в фольклоре, в высокой культуре, экономике, литературе и даже в официальной политике.
В силу понятных обстоятельств в отечественной историографии больше разрабатывалась тема этнокультурных взаимосвязей и интеграции.
Основной причиной по которой нам кажется весьма актуальной и насущной эта тема является скорость указанных процессов. Изменение общей субъективной оценки ближайшего этнического соседа с положительной на отрицательную и превращение вчерашних друзей в сегодняшних (пока политических) оппонентов само по себе не ново для человеческой истории, однако, невероятные скорости этих процессов проявившихся, в последнее время, как в Европейской, так и в Украинской действительности способны высечь из общества те искры от которых разгораются конфликты казалось бы давно погасшие и ставшие достоянием истории. Но, все это остается сферой политики и на совести политиков. На долю академической науки остаются лишь размышления о последствиях и латентных причинах политических решений, об этнополитическом выборе народов.
На примере некоторых народов, проживающих в Киеве мы попытаемся проиллюстрировать сущность сегрегативных процессов.
Не имеет смысла доказывать, здесь что подавляющее большинство этнических групп города было адаптировано в русскоязычную, а точнее, в русскую культуру. Сегодняшняя внутриполитическая ситуация в Украине (оставим в стороне, гарантии закона о языках и подписанные Украиной документы Евросоюза) представляет собой достаточно жесткий культурный императив, заставляющий, например, такие этнические группы города (и не только города) как греки или евреи совершить этнокультурный выбор со стороны напоминающий сложный акробатический трюк. Действительно, народы, адаптированные в русскую культуру и пользующиеся русским языком, как средством межэтнического общения, имеющие в формате этого языка значительное литературное наследие, прилагающие значительные усилия для сохранения и изучения языка своей национальности, а иногда, ещё и современного языка своей этнической метрополии, хочешь-не-хочешь, а должны выделить в салатнице своего этнического самосознания и в своем сердце место для еще одного и тоже претендующего быть почти родным языка.
Вот в этот момент и начинают происходить те процессы которые можно обозначить как этническая сегрегация. Что происходит? Для большинства этнических групп русская (например) культура перестаёт играть значимую роль так как, в определенных социальных нишах (скажем, профессиональных) её заменила украинская или, говоря языком науки, дистанцирование между культурой украинских греков и русской культурой увеличилось. Проблема подобного рода может показаться надуманной но, это далеко не так.
Во-первых, сегрегативные процессы, по всей видимости, происходят даже на фоне пробуждения этнического самосознания малых народов, и являются, так сказать, обратной стороной медали, поскольку этого требует внутренняя направленность на самосохранение и развитие этнической культуры и самосознания в условиях мультикультурного города.
Во-вторых, столь волевые и быстрые перестроения в культуре и этнополитических ориентациях не могут не повлечь изменений в этническом самосознании и спрогнозировать эти изменения весьма сложно по многим причинам.
В-третьих, происходящее межэтническое дистанцирование (сегрегация), является процессом который находится далеко не в контексте строительства соборного Украинского государства и интеграции гражданского общества в Украине, поскольку, частично является предтечей идей федерализации.
Процесс этот, как уже указывалось, является объективным следствием постсоветского раскрепощения национальной культурной жизни малых народов в Украине и развития их национального самосознания, представляется практически неуправляемым, поскольку природа его субъективно-эмоциональная и, как следствие, иррациональная. В достаточно краткой статье это трудно обстоятельно аргументировать, однако, приведем несколько примеров.
Общая численность некоторых этнических групп Киева заметно возросла со времени последней переписи 1989 г., причиной этому отнюдь не взрыв рождаемости или миграционные процессы. По данным опроса проведенного автором в среде киевских греков около 15% из них ранее указывали иную национальность (как правило, это люди имеющие выбор между национальностью отца или матери). Если учесть, что с 1989 г. население Украины, по разным данным, сократилось почти на 2 млн. человек , и , в основном, за счет украинского этноса ясно, что выбор делается не в пользу последнего.
По данным того же опроса, среди более молодой возрастной группы греков Киева (до 39 лет) наблюдается рост предубеждения в отношении определенных национальностей. Так, на задаваемый вопрос: “ Как бы вы посмотрели на брак ваших детей с лицами другой национальности?” сумма предлагаемых вариантов ответов: “ против” и “ категорически против” на более чем 4,5% выше, чем у группы опрашиваемых старше 40 лет. Является ли эта ситуация негативным последствием той массы межэтнических противоречий которые достались нам в наследство от эпохи крушения СССР, или в них есть доля того здорового что заставляет даже ничтожно малочисленные народы столетиями сохранять себя в иноэтничном окружении это вопрос для этнопсихологов.
Включенное наблюдение показывает, что дети и старшие школьники греческой национальности стали (разумеется, стараниями родителей) проводить больше досуга в родной этнической среде среди своих сверстников. Большое распространение получили частные детские садики с углубленным изучением родного языка, вечерние школы, хореографические студии, любительские театральные коллективы использующие национальное культурное наследие.
Таким образом, можно сделать любопытный вывод о том, что процессы этнического возрождения и развития далеко не всегда означают расширение интеграционных процессов с ближайшими этническими соседями. Подчеркнём, что в данном случае мы имеем ввиду не сужение, скажем, технического сотрудничества или торговых контактов, а моменты и
механизмы внутрикультурного характера, отвечающие у народа за сохранение и развитие сферы этнического воспроизводства. Можно сказать, что в этом случае, сегрегативные процессы несут своеобразную защитную функцию, а у некоторых народов мира (особенно малочисленных), например у эстонцев, это даже возведено в ранг официальной политики и количество межнациональных браков резко сократилось. Еще раз хотелось бы отметить, что мы не преследовали цель дать какую-либо оценку указанным явлениям, а лишь привлечь внимание к проблеме, которая заслуживает, на наш взгляд, определенного внимания.